РЕАЛИЗАЦИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ РЕГИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ КНР: УРОКИ ДЛЯ РОССИИ

Данная статья является продолжением и завершением статьи «Государственное регулирование пространственного развития Китая (на примере Северо-Восточного и Западного макрорегионов)» (Регион: экономика и социология, 2025, № 4). В ней на примере автономного района КНР Внутренняя Монголия рассмотрен опыт развития и государственной поддержки типичного региона сырьевого типа, который по своим природно-климатическим и ресурсным условиям сходен с регионами южной зоны Азиатской России, но, в отличие от последних, сумел реализовать эффективную программу модернизации и диверсификации производства. Рассмотрены идеология и характер экономических реформ в КНР и то, как они воздействовали на процессы пространственного развития. Выделены общие черты пространственного устройства России и Китая как крупнейших по территории стран мира с очень большой дифференциацией их регионов по природно-климатическим условиям, обеспеченности ресурсами, транспортной доступности. Показано, что их объединяет общая проблема сильного пространственного разрыва в уровнях экономического и социального развития регионов, рассмотрены основные различия РФ и КНР в решении данной проблемы. Продемонстрировано, что КНР эффективно формирует новое качество своего пространства, целенаправленно повышая его связность на основе реализации крупнейших инфраструктурных проектов. Рассмотрены основные составляющие позитивного опыта государственного регулирования пространственного развития КНР с оценкой того, в какой мере он может быть использован в России. Показано, что самым слабым звеном в модернизации китайской и российской моделей развития и их пространственных сегментов являются институциональные факторы и условия. The present article complements and completes the article “State Regulation of Spatial Development in China (with Reference to the North-Eastern and Western Macroregions)”, Region: Economics and Sociology, 2025, No. 4. Drawing on the example of the Inner Mongolia Autonomous Region of the PRC, it examines the experience of development and state support of a typical resource-based region, similar in its natural, climatic, and resource conditions to the regions of southern Asian Russia, but which, unlike the latter, has managed to implement an effective program of modernization and diversification of production. We look at the ideology and nature of economic reforms in China and how they have affected spatial development processes. We highlight the common features of the spatial structure of Russia and China as the world’s largest countries in terms of territory, with very large differences between their regions in terms of natural and climatic conditions, resource availability, and transport accessibility. The study shows that they are united by the common problem of a significant spatial “gap” in the levels of economic and social development of their regions, and examines the main differences between Russia and China in addressing this problem. This study demonstrates that China is effectively shaping a new quality of its space, purposefully increasing its connectivity through the implementation of major infrastructure projects. We look at the main parts of China’s positive experience with state regulation of spatial development and see how it could be used in Russia. We point out that institutional factors and conditions are the weakest link in modernizing the Chinese and Russian development models and their spatial segments.